Главная страница
Кто на сайте
Сейчас 26 гостей онлайн
Объявления
Голосования
В статьях, опубликованных на сайте, для обозначения температуры используется градус Реомюра. Следует ли перевести величины в градусы Цельсия?
 
Посещаемость

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика

Раны (швы при таковых) можно делать во всех тех случаях, в которых, как показал опыт они вполне безопасны. Вышеописанный способ лечения от этого нисколько не изменяется. Абсолютно необходимы швы только в редких случаях. Сшивание кишек при ранах, проникающих в брюшную полость, и сшивание всяких ран на поверхности черепа следует совершенно оставить. Если излечение невозможно прямым путем, то швы должно делать на известном расстоянии друг от друга, чтобы дать свободный проход для стекания гноя; но все же в большинстве случаев лучше их вовсе не делать. Обычное соединение краев ран с помощью липкого пластыря не полезно при нашем способе лечения, так как способность липкого пластыря натягивать пузыри, еще усиливается от накладывания поверх него мокрого компресса.

В заключение приведем несколько случаев, которые далеко нельзя считать обыкновенными.

Г. С. был ранен из пистолета в бедро. Пуля вошла сбоку, обогнула кость и застряла сзади в мясистых частях. Хирург, не будучи в состоянии вынуть пулю обратно по сделанному ею каналу, хотел вырезать ее. Так как место нахождения пули нельзя было определить с достаточной точностью, операция была бы весьма болезненна, и кроме того С. не желал подвергаться ей, так как боялся повреждения какой-либо связки и т. п. По совету автора он начал сам себя лечить мокрыми компрессами и неясными обрызгиваниями раны и прилежащих к ней мест. По прошествии пяти дней, во время которых началось нагноение, место нахождения пули определилось с такой точностью, что С. сам при помощи сильного разминании пальцами мог выдавить пулю по каналу раны до самого входного отверстия; расстояние от этого последнего до места, где была пуля, было не менее четырех дюймов. После этого рана вполне зажила через 12 дней. (В противоположность этому следует вспомнить о неразумном и причинявшем страшные боли лечении Гарибальди).

Доктор М. в Б. сообщил автору следующий замечательный случай:

Лет 20 тому назад летом доктор М. был внезапно вызван к крестьянину, живущему в селе, отстоящем от Б. на 1/2 часа пути для оказания помощи 12-летнему сыну крестьянина, который сильно поранил себя, В чем заключалось поранение, М. не сразу мог расспросить у крестьянина. По дороге он узнал, что мальчик прыгнул через находившийся у дома частокол, высотою в 3 фута и зацепился мошонкой за кол, так что оба яичка были вырваны наружу, а за ними что-то вытянулось на несколько футов в виде «мотка». Мальчик принес это домой в руках вместе с вырванными железами. Д-р М. подумал, что подобного случая ему еще не приходилось видеть и пришел в некоторое замешательство; он предположил, что семенные протоки подверглись сильному растяжению и не мог сразу придумать, как следовало поступить в данном случае. «Когда мы приблизились к дому, рассказывает доктор М., я попросил показать мне забор, где случилось несчастье. По следам на мягкой почве можно было видеть куда прыгнул мальчик и на основании этого заключить, что семенные проводы были вытянуты по меньшей мере на 3—4 фута. Когда я вошел в комнату, я застал мальчика лежащим на постели; его половые части были прикрыты холодным компрессом. Крестьянка со слезами рассказала мне, что, не зная как помочь сыну, она вложила яички в разорванную мошонку, положила поверх них «длинные внутренности» и покрыла все холодным компрессом, который она с тех пор уже много раз переменяла. Когда я снял компресс, я заметил, что яички лежали правильно и семенные протоки уже значительно сократились. Поэтому, я не нашел ничего лучшего как посоветовать родителям больного продолжать аккуратно менять компрессы. Однако, для того, чтобы не вызвать недоверия людей, ожидавших иной помощи, я прописал рецепт для принятия внутрь, а именно: малиновый сироп с водой и обещал заехать на следующий день. Во время этого второго визита я увидал, что семенные протоки вполне втянулись внутрь через отверстие в мошонке, так что я мог последнюю зашить. Через несколько дней, во время которых беспрерывно накладывали компрессы, наступило полное излечение. Теперь этот ребенок стал здоровым крестьянином, женат и имеет много детей.

Господин Б., купец в Б. сломал себе правую голень. Это был так называемый двойной, расщепленный перелом. Ногу согласно аллопатически-хирургическому методу лечения перевязали и уложили в лубки. Через несколько дней началось гангренозное воспаление, а затем по заявлению двух врачей обнаружилась холодная форма гангрены. Господину Б. заявили, что он должен согласиться на ампутацию ноги, если не желает умереть. Однако Б. был иного мнения и желал лучше умереть, чем остаться без ноги. Так как оба доктора были уверены в смерти больного, то они пригласили брата Б., доктора медицины и областного врача. Этот последний вполне согласился с диагнозом врачей и всячески уговаривал своего брата согласиться на ампутацию и сохранить себе жизнь, хотя бы ради многочисленной семьи. Когда же Б. упорствовал в отказе, его брат — доктор объявил ему, что его не будет лечить ни один врач. «Очень хорошо, возразил Б., тогда я сам буду лечить себя». Сказано – сделано. Он начал лечить себя компрессами, вполне руководясь собственными ощущениями. Целые куски мяса и осколки костей отпали сами по себе, но через несколько месяцев нога вполне выздоровела; правда она была немного согнута в месте перелома; но служила исправно. Би до сих пор наслаждается полным здоровьем; насколько иначе кончилось бы все, если бы он согласился на ампутацию"?

Этим мы заканчиваем наше сообщение и можем лишь пожелать, чтобы оно послужило к тому, чтобы естественный метод лечения проложил себе дорогу и в отношении хирургии, особенно по тому, что близится время, а отчасти уже и пришло, когда вопрос о раненых будет стоять на очереди, а лечение, практиковавшееся до сих пор, дало много печальных результатов. Никоим образом не будет преувеличения в утверждении, что две трети умирающих теперь в лазаретах можно было бы спасти и что две трети остающихся калеками можно было бы вылечить так, чтобы они остались годными для службы.


Излечение открытых ран.

Сообщение фон Сет в Бремене лечащого по естественному методу лечения.

 

Господин Colon C. Legde из Оппендорфа, близ Ведем в Вестфалии, посетил меня в Ноябре и показал свои ноги, на которых уже 22 года не закрывались раны. На правой ноге кроме различных маленьких ранок была одна длиною в 6 дюймов, шириною в 3 и глубиною 1 дюйм, из этой раны сочился гной. Пациент, жаловавшийся на сильные боли, лечился уже у доброй дюжины докторов: но ни один не облегчил его страданий и не залечил его ран. Он заявил, что он хочет теперь испробовать естественный метод лечения, так как таковой не так легко может принести вред.

Вместо мазей я предписал компрессы, которые следовало менять по ощущению, 3 — 4 раза в день, спринцевание раны, ежедневно полное обвертывание, на ночь обвертывания туловища и строгую диету. Уже на пятый день были заметны признаки заживления, а через 2 месяца пациент был совершенно здоров.

5-го августа следующего затем года, я получил от пациента письмо, в котором было написано, между прочим следующее: Так как состояние моего здоровья прекрасно и моя вылеченная нога до сих пор прекрасно переносит всякую работу и напряжение, хотя я здорово работал, приношу Вам еще раз мою глубочайшую благодарность.


Лечение и заживление ран согласно основам естественного метода лечения.

Заметка графа фон Цедтвиц.

Нельзя оспаривать, что наша современная хирургия выказывает необыкновенную техническую ловкость в исполнении самых рискованных операций, некоторые из них, напр. овариотомия, имеют для себя полное оправдание. С другой стороны в новейшее время мы видели, что при лечении от ран президента Гарфильда и Гамбетты лучшими врачами их страны была проявлена возмутительная неопытность. Обусловленная учением о бактериях мания антисептического лечения ран, т. е. постоянного обрабатывания их ядовитой карболкой и йодоформом, в связи с ядовитыми проносными средствами, была ближайшей причиной смерти Гамбетты и потому эта мания тем менее простительно, что вода различной температуры и влажные повязки дают блестящие результаты даже при лечении застарелых зловонных ран.

Всем «друзьям водяного лечения» известен тот чудный случай лечения крестьянином Шрот «врачом нашей школы» в Линдевизе Фельдпейгмейстера герцога Вюртембергского, позднее командовавшого войсками в Галиции. Последний был ранен в битве под Сольферино, причем пуля прошла через колено; его лечили 9 месяцев известнейшие хирурги и все-таки он оказался в безнадежном состоянии, так как появилась костоеда, а ампутацию считали немыслимой при слабости пациента. В таком состоянии он прибыл в Линдевизе, в Силезии, и после шестилетнего лечения влажными повязками и строгой диетой вполне восстановил свое здоровье, так как позднее он вновь принимал участие в военных действиях, был слегка ранен в Силезии и перенес все тягости похода в Боснию.

Не менее блестящий случай представляет излечение Лейтенанта фон Фалькенштейн; последнему сделали операцию вследствие небольшой опухоли колена, потом он два года лечился у знаменитейших Берлинских хирургов, опять перенес операцию и, в конце концов, дошел до того, что вся нога была покрыта гноящимися фистулами, так, что когда он вспрыскивал воду на верху она вытекала около лодыжек.

Чтобы избежать многократно предложенной ампутации, он согласился на то, чтобы его перевезли в Грефенберг, где простой неученый земледелец Присниц, лечащий естественным методом лечения, к стыду научно образованных столичных врачей, вполне вылечил его в несколько месяцев, применяя естественный метод лечения, так что пациент мог опять даже танцевать. Историю своих страданий он подробно изложил в особой брошюре.

Прочитав об этих и многих других успехах гидропатического лечения ран, я воспользовался в 1860 году возможностью лично убедиться в целесообразности этого лечения. С этой целью, через 6 недель после битвы при Кениггреце, я взял из госпиталя находившегося под прекрасным руководством полкового врача, 6 по большей части тяжело раненных солдат разной национальности и поместил их в водолечебницу доктора Винтерница близ Вены, где я их и посещал ежедневно до самого выпуска из лечебницы, имевшего место в конце года. Я мог следить за всем процессом лечения, которое производилось безо всяких хирургических приемов и состояло исключительно из влажных повязок, переменявшихся по мере надобности, местных и общих ванн и принятии простой пищи (немного мяса и в исключительном случае вино); весь ход лечения протекал замечательно благоприятно. Во время моих наблюдений я заметил, что наполнение ран корпией вредно, а при влажных, так называемых многослойных повязках, совершенно бесполезно, так как оно лишь замедляет заживление и весьма вероятно способствует образованию фистул. Моими пациентами были 1. Итальянец, имевший на голени рану в ладонь, испускающую зловоние, причем кость местами была обнажена и начала уже омертвевать (некроз). Даже самому доктору Винтерницу ампутация казалась неизбежной, но благодаря трехкратной ежедневной перемене влажной повязки, которую пациент скоро научился делать сам, скоро исчез зловонный запах, а затем, когда по его желанию его стали пересылать вместе с другими на родину переводя из госпиталя в госпиталь, рана была уже совершенно заживши за исключением части омертвевшей кости. Позднее он мне написал, что продолжал то же лечение и что пораженный кусочек кости отделился сам по себе. Этот человек, Весьма неохотно оставивший лазарет, объявил позднее, когда он испытал благодеяние нового лечения, что он скорее перережет себе горло, чем вернется опять в лазарет н не находил слов для выражения благодарности.

Другой пациент, румын, с очень тяжелой огнестрельной раной через кистевое сочленение, исхудал как скелет; уже были заметны признаки пиемии и лишь серьезное сопротивление спасло его от ампутации. Благодаря частым промываниям с помощью местного душа, ваннам и постоянно возобновляемой влажной повязке состояние раны улучшилось поразительно быстро, и в несколько недель из скелета получился здоровый малый, который стал делать довольно большие прогулки. Постепенно сами по себе вышли многочисленные кусочки костей и он выздоровел безо всякой операции. если не считать вскрытия абсцесса перочинным ножом, что впрочем вовсе не было необходимо.

Третий пациент был кроат, ему повредило ногу колесом, причем на бедре была большая в целую кисть руки зловонная ободранная рана. Больной также исхудал как скелет и лежал совершенно безучастно; это был верный кандидат в покойники при обыкновенном способе лечения, при котором на рану величиною в руку и лишенную кожи накладывали только сухую корпию. И в этом случае влажные повязки, а позднее тепловатые ванны сделали свое дело, так как однажды я с удовольствием увидал, как этот полумертвец встал с постели и мог быть выпущен, хотя и с несколько искривленной ногой.

Четвертый был сильный поляк, со сквозной огнестрельной раной на икре, из которой сочилось желтая материя. Рана эта заживала чрезвычайно медленно пока в ней оставалась корпия и не применялись теплые местные ванны. По его мнению, рана эта стала такой злокачественной благодаря постоянному зондированию, так как ревностные хирурги ежедневно копались в ней.

Пятый был также поляк, с огнестрельной раной в предплечье, такого рода, что кисть и кистевой сустав представляли одну култышку. Рана была закупорена пробкой из корпии, толщиной в палец и смоченной йодом; разумеется ее немедленно же удалили и лишь в начале заменили другой меньшого размера. И этому человеку предстояла ампутация или предварительно ему вскрыли бы жесткую опухоль и удалили бы вероятно омертвевшие кости кистевого сочленения. По счастью ему не пришлось переносить ни того ни другого; однако, не смотря на частые местные паровые ванны и влажную повязку, рана заживала лишь весьма медленно, пока я не удалил окончательно очень тонкую затычку из корпии, которая всегда держала рану открытой. После этого рана вскоре закрылась и рука приняла нормальные объемы, и лишь некоторые пальцы остались неподвижными, что, впрочем, и весьма понятно.

Шестой пациент был цветущего вида чех, с легкой раной у лодыжки, величиной в талер и с толстыми опухшими краями. Рана эта, не смотря на все прижигания или лучше сказать, вследствие таковых никак не заживала. Благодаря многослойной повязке (возбуждающий компресс) и ваннам все-таки наступило излечение, и притом полное хотя и не очень скоро, а лишь через несколько недель. Надо заметить, что весьма предупредительный главный врач лазарета объявил мне, что у него бывали подобные же случаи, и всегда зажившие раны вновь открывались при некотором движении. Этот врач был так восхищен нашим успехом, что по собственному побуждению написал блестящий отчет в военное министерство, которое, разумеется, приобщило его к делам.

Я должен заметить, что все шестеро больных находились сначала с двумя служителями, а потом с одним, правда в довольно свободно расположенном домике, но лежали довольно тесно в одной комнатке, и что в последние месяца приходилось топить; не смотря на все это и на зловонные раны, не было обнаружено столь страшных бактерий, хотя мы не применяли ничего кроме чистой воды, а полотняные повязки после стирки употребляли вновь, не производя никакой искусственной дезинфекции.

Вполне очевидно, как велики преимущества такого лечения во время войны, когда легко раненые могли бы сами накладывать себе повязку, которая при хорошей стирке годна на несколько недель; благодаря этому один врач мог бы справиться с большим числом больных, особенно вследствие того, что не нужно было бы делать ежедневных зондирований, прижиганий, надрезаний и т. п., что я, к сожалению, лично наблюдал в лазаретах. В данном случае мы имели дело со старыми неправильно лечимыми, отчасти гангренозными ранами, тогда как при лечении свежих ран сразу при помощи естественного метода лечения, т. е. чистой водой, течение лечения бывает всегда еще благоприятнее, что доказывают многие другие случаи. Так например принц Вильгельм Вюртембрегский был лично свидетелем того как Шрот в 3 недели поставил на ноги крестьянина, который топором расщепил себе берцовую кость и перерезал много сухожилий. Точно так, по сообщению Med. Wochenschrift санитарный советник Лоринзер вылечил в 1866 году 136 раненых, согласно естественному методу лечения, при чем снаружи вместо полотна применялась при повязках пропускная бумага; результаты этого лечения были превосходны и пришлось ампутировать только несколько пальцев несмотря на многочисленные раздробления кости. К сожалению современная хирургия все более и более удаляется от естественного метода лечения ран и всю свою славу полагает в искусстве владеть ножом.

Комментарии


Похожие статьи:
Следующие статьи:
Предыдущие статьи:

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить